|
Елена
Сафонова: В антрепризу нас объединил
простой человеческий дефект- легкомыслие
Материал Ольги
Пимантьевой
Газета "Площадь
Свободы"
24 мая 2002 г. 10:16
|
|
Быстрее
хорошего анекдота распространяется только
ложный слух. Именно об этом во вторник
поведали тольяттинцам со сцены ДК "СК"
Елена Сафонова и Андрей Ильин, Марина
Могилевская и Владимир Стеклов, Ольга
Волкова и Валентин Смирнитский, Инна
Милорадова и Ефим Шифрин, а также Владимир
Долинский. Спектакль, разыгранный звездной
антрепризой по комедии Нила Саймона, так и
назывался - "Слухи".
|
Шифрин - главный интриган
Поскольку тема вечная, абсолютно
непотопляемая и (самое главное!) острая, то
первый вопрос, заданный городскими
журналистами на пресс-конференции перед
спектаклем, звучал так:
- Поделитесь, какой слух
запомнился вам как самый нелепый, смешной и
абсурдный?
Елена Сафонова:
- Глупостей говорят много, но самая дурацкая,
которую услышала, приехав из города Парижу,
была следующая: это ты из-за Игорька
вернулась? "Какого, - переспрашиваю, -
Игорька?" "Да Костолевского, - отвечают,
- мы слышали, вы теперь вместе".
На самом деле мы с
Костолевским (Игорь! Прости меня, бога ради!)
даже незнакомы. Ни на съемочной площадке, ни
в театре - нигде не сталкивались. А народ,
времени не теряя, взял и соединил наши
судьбы, мол, все у этих двоих лучше некуда.
Марина Могилевская:
- Мне вчера в Самаре на пресс-конференции
потрясающий совет дали: признайтесь, что вы
жена Домогарова.
Елена Сафонова:
- Ха-ха-ха, не отказалась бы я стать его женой.
Марина Могилевская:
- Да я тоже бы не отказалась, но он как-то не
предлагает. И самое главное - у него
совершенно потрясающая жена: красавица,
умница, артистка хорошая. Откуда ползут
слухи, непонятно.
Как-то подхожу к киоску,
а там газета лежит, "Жизнь" называется.
Читаю заголовок, большими буквами
набранный: "Могилевская развелась с
Домогаровым". Что и говорить, об актерах
слухов очень много. Не без помощи
журналистов, между прочим. Так что этот
спектакль и про вас, и про нас.
Не могу не заметить, что как-то
сразу атмосфера на пресс-конференции
воцарилась самая непринужденная. Каждый из
актеров с легкостью шел на общение и не
отвечал на вопросы пустыми штампами.
Единственное, почему-то прессу
проигнорировал мужской состав антрепризы.
Стеклов, Шифрин, Ильин и Долинский
отсутствовали. Соответственно, Валентину
Смирнитскому пришлось принимать весь удар
на себя.
- Валентин Георгиевич, как вам
работается в окружении таких красивых
женщин?
- Замечательно, легко, комфортно.
- Ответ искушенного Дон Жуана.
- Ну что вы, какой я Дон Жуан.
Ольга Волкова:
- А кто же ты, Сганарель, что ли?
Марина Могилевская:
- Вообще компания у нас замечательная, но, к
сожалению, встречаемся не так часто, как
хотелось бы. Четыре-пять спектаклей в месяц.
Больше из-за Шифрина не получается.
Валентин Смирнитский:
- Прямо не знаем, что с ним делать! Постоянно
думаем об этом.
Ольга Волкова:
- Не пугайтесь. Это все шутки. На самом деле
спектакль наш нужно было назвать не "Слухи",
а "Приколы", потому что все время
внутри труппы сплошные розыгрыши. Вот
сейчас имя Шифрина будет, как лучик, летать
из уст в уста. Не принимайте всерьез! Мы его
очень любим. Это самый обожаемый всеми
коллега.
Валентин Смирнитский:
- И самый главный интриган!
Елена Сафонова:
- Компания хороша тем, что нас объединяет
простой человеческий дефект - легкомыслие,
поэтому нам так хорошо и весело работать.
Валентин Смирнитский:
- Да, Леночка права, хлестаковщина среди нас
прямо-таки витает: если суп, так непременно
чтоб в кастрюльке из Парижа.
Елена Сафонова:
- А еще у нас есть замечательный актер
Андрей Ильин. Он стал для меня настоящим
театральным открытием, хотя страна-то его
давно знает. Но мне из партнеров никто так
нервы не трепал: этот же постоянно куда-то
исчезает. Вот видите, на пресс-конференцию
не пришел!
Ольга Волкова мечтает сыграть
комиссара
- Скажите, а в жизни вы между
собой дружите или в актерской среде это не
принято?
Елена Сафонова:
- Нет, почему же, встречаемся, общаемся, едим
вместе. Запиваем все горячительными
напитками.
Марина Могилевская:
- Водой с газом!
Елена Сафонова:
- Ну ты, может быть, и водой с газом...
- Каждый из вас известен
зрителям. Не тесно на одной сцене звездам
такого масштаба?
Валентин Смирнитский:
- Любой антрепризный проект рассчитан на
звезд. Хотя я это слово всуе не употреблял
бы. Мы просто-напросто известные актеры. У
каждого за спиной немалый театральный и
кинематографический опыт. А в компании
профессионалов всегда интересно работать.
- Разве настоящие профессионалы
не амбициозны?
Елена Сафонова:
- Я заметила: чем талантливее человек, чем
масштабнее личность, чем ярче
индивидуальность, тем меньше гонора. "Слухи"
мы играем с ноября и пока отношения между
нами гармоничные. И потом: антреприза
создается для того, чтобы люди работали,
амбиции здесь ни при чем.
Валентин Смирнитский:
- Сейчас в антрепризные проекты
вкладываются большие деньги. Ставка
делается прежде всего на хороших мастеров:
художников, сценографов, актеров. Сегодня
антреприза - это конкурент театра.
Ольга Волкова:
- Если уж речь зашла об антрепризе, то
хочется отметить: психология людей по
отношению к ней меняется. Скоро у нас, как и
в других странах, зрители поймут: лучше
купить билеты и раз в полгода сходить на
хороший спектакль. Чаще у людей с небольшой
зарплатой не получится: билеты стоят дорого.
- Ольга Владимировна, а вы с "Лицедеями'"
больше не сотрудничаете?
- Этот коллектив давно распался. А
вот с Вячеславом Полуниным я год назад
работала в Сеуле. Он, конечно, человек
странный, но вполне может так случиться, что
мы сделаем еще один спектакль.
- Далеко не всякая актриса
согласится на амплуа клоунессы. А вы не
боитесь быть смешной.
- Да я родилась такой. Чего же мне
бояться?! Расскажу такой эпизод. Когда
работала у Товстоногова в БДТ, я всерьез
придумала, как сыграть комиссара в "Оптимистической
трагедии". Традиционно на эту роль
приглашались дамы с бюстом. Играли они, как
правило, плохо. Меня всегда беспокоил
вопрос: кругом гражданская война, откуда же
взяться бюсту? Прихожу к Товстоногову и
объясняю: я самая подходящая кандидатура
для роли комиссара в условиях войны,
поскольку вешу всего 41 килограмм. Если мне
еще похудеть, побриться наголо и выйти на
сцену со словами "Ну, кто еще хочет
комиссарского тела", то цены спектаклю не
будет.
Товстоногов после моих
слов упал, у него приключилась истерика. А я
до сих пор уверена: что-то в такой трактовке
есть. Считаю: пафос губителен для искусства.
Даже когда в мелодраме исчезают самоирония
и юмор, то пиши пропало.
После такой веселой пресс-конференции
грех было не проникнуться симпатией к
каждому актеру, который принял участие в
разговоре. Однако начинался спектакль.
Пересказать сюжет "Слухов" абсолютно
невозможно. Уточню только: события начинают
развиваться с того, что в дом к вице-мэру Нью-Йорка
по случаю десятилетия супружества
прибывают друзья, принадлежащие к сливкам
общества. Однако, едва переступив порог
респектабельного жилища, приглашенные
застают странную картину: прислуга
бесследно исчезла, виновница торжества -
тоже. Вице-мэр прострелил себе мочку уха и
вскоре почему-то заснул. В кухне между тем
горами громоздятся закупленные к юбилею
продукты...
Одним словом, сюжет
закручен лихо. Гости от такого поворота дел
в полном ауте, ведь все они люди публичные:
кто-то передачу на телеканале ведет, другой
в сенаторы метит, третий известный адвокат.
Меньше всего им хочется "засветиться"
в этой бредовой истории и давать какие-то
объяснения полиции. Каждый решает, что
лучший выход из положения - это тотальная
ложь. В результате герои спектакля доходят
до такой патологии, в которой ни один
психотерапевт не разберется. А интрига
между тем разъясняется случайно и самым
неожиданным образом. Не могу не отметить,
что публика безудержно веселилась и
хохотала, но в то же время до самого фиала
пребывала в определенном напряжении. В
награду за полученные эмоции зрители
обрушили на артистов шквал аплодисментов и
долго не отпускали звездную антрепризу со
сцены.
|
